Послесловие

Подводя итоги, хочется еще раз окинуть взором ключевые идеи, которыми скреплена данная книга. Конечно, нашей планете "повезло" больше, чем остальным небесным телам. Так получилось, что она оказалась в более выгодном положении. Это дает Земле главное преимущество – способность к рождению живых существ. Но до сих пор остается непонятным, как могла неживая материя сотворить первые зачатки жизни, далее развившиеся по схеме, отъюстированной в высшей степени точно. По определению такого быть не может: мертвый субстрат только подпитывает жизнь микро- и макроэлементами, но не производит его. В этом и заключается функциональное назначение абиотического мира. Но сами живые организмы рождаются только от других живых организмов.

 

Микроорганизмы действительно могли появиться на Земле в результате падения метеоритов, но высшие растения и животные такой полёт и падение перенести бы не смогли. А теория эволюции сегодня, конечно же, является не более чем несостоятельной попыткой объяснить необъяснимое.

 

Ландшафтная сфера, за счет которой живет человечество, обязана своему появлению исключительно биоте. Именно она изначально занимается «сборкой» геосистем, скрепляя абиотические звенья и на полученной основе развиваясь дальше, доходя до уровня собственного комплекса – биоценоза, который свидетельствует о полном завершении всех ландшафтообразующих циклов и переходе территории в состояние природного комплекса.

 

Ландшафтное разнообразие, наблюдаемое нами повсеместно, - это, прежде всего, разнообразие растительного и животного мира. Природа, лишенная жизни, как на других планетах, выглядит куда менее презентабельно. Но при этом мы не вправе говорить о том, что неживой мир монотонен и неинтересен в плане форм и состояний вещества. Эта часть нашей планеты тоже вполне может претендовать на природную многоликость. Поэтому природа Земли имеет две плоскости разнообразия, сливающиеся в одну цельную картину ландшафтного мира.

 

Причины столь необычайного многообразия всех природных красок и форм нашей планеты – абиотических и биотических - можно выстроить в два самостоятельных, но взаимосвязанных ряда. Так пестрота глобальной и региональной ландшафтной мозаики развивается благодаря неодинаковому снабжению различных регионов Земли внутренней и внешней энергией. А удивительно разнообразный локальный географический ансамбль, наблюдаемый нами в настоящее время, имеет под собой другую основу, которая заключается, во-первых, в крайней неоднородности внутренней и внешней структуры исходного (первоначального) геологического фундамента любой местности, а во-вторых - в способности растительного и животного мира к саморазвитию.

 

 

* * *  

р. Москва

 

В обзоре автор почти не коснулся темы влияния человеческой деятельности на пространственную ландшафтную структуру. Это сделано по причине того, что антропогенный фактор - совершенно отдельная тема, требующая раскрытия иных причинно-следственных связей. Здесь можно заметить лишь, что хозяйственная деятельность человека коренным образом не может перестроить ландшафтные комплексы на глобальном и региональном уровне, она лишь в некотором роде изменяет общую схему распределения природных систем такого масштаба. Тектоника и климат все равно оказываются сильнее. На локальном же уровне человек очень давно вносит свою в известной степени негативную лепту, изменяя естественные комплексы вплоть до полного их уничтожения.

 

Физико-географическая обстановка Земли, описанная в книге, – это всего лишь мизерная часть той ультрасложной природной реальности, в которой и за счет которой мы живем. К тому же любой научный труд - это всего лишь наши представления о мире, но не сам мир. В реальности же земная (и любая другая) природа, конечно же, в бесчисленные миллиарды раз интереснее и сложнее, чем все посвященные ей научные труды мира вместе взятые. 

 

            Географический цикл развития биострома